А лодка вновь качнулась и черпнула бортом…

Как они добрались до берега, Женька не помнила. Она совершенно отупела от жары и наглости слепящего солнца. Когда лодка ткнулась в берег, она, как во сне, перелезла через банки и, наконец, шагнула на твердую, будто каменную корку. Прошла несколько шагов, волоча за собой рюкзак и штормовку. Остановилась. Больше всего сейчас хотелось холодной воды, а потом, напившись вволю, забраться дома в самый дальний угол и лежать не двигаясь, забывая все сегодняшнее – пальбу, озеро и страшасиков…

– Отдай рюкзак, – прохрипел на ухо Колька.

Она не сопротивлялась и покорно выпустила лямки из рук. Колька отбежал на несколько шагов и высыпал содержимое рюкзака на землю. Со злобой разбросал ногой барахло и выхватил из скомканного тряпья крошечную алюминиевую флягу на стакан с той приманчивой водой, которую непременно, отправляясь на страшасиков, берут с собой. Коляй крутанул пробку и, отшвырнув ее, запрокинул голову. Вода в два или три толчка влилась в рот до последней капли, обмывая воспаленную гортань. В следующую секунду пустая фляга упала на песок. Николай, даже не взглянув на своих друзей, зашагал к серому иссохшему лесу…

– Что же ты… Останови его… – Женька в растерянности повернулась к Рему.

Тот у же перекинул через плечо оба своих ружья и тоже собирался идти.

– Это ваши дела, – сказал кратко.

– Какие дела! Какие такие дела! – возмутилась Женька. – Нет у меня с ним никаких особых дел… Он воду украл… Ты что не видел?!

Рем не ответил, пожал плечами, повернулся и пошел. Женька попыталась догнать его, но дыхание тут же прервалось, перед глазами поплыли красные и синие круги.

– Стой! – крикнула она со злобой. – И ты что, больше не возьмешь меня с собой?!

– Конечно, нет, – ответил Рем, не оборачиваясь. – Какой из тебя охотник… Да ты и сама не хочешь…

– Постой! – Женька опять задохнулась. От усталости веки сами собой закрывались и она не могла разглядеть, здесь Рем или ушел.