– Находиться рядом со мной сейчас опасно, – в первый же вечер предупредил я свою спутницу.
Катерина в ответ лишь презрительно ухмыльнулась и бросила:
– Поехали. Я не боюсь.
А вот я боялся. Точнее сказать, опасался. И, несмотря на то, что решил отныне быть фаталистом и плевать на угрозы здоровью и жизни, на улице все же держался с оглядкой.
Например, в первую очередь приобрел хоть и бесформенный, но зато просторный пиджак, под которым было почти незаметно, что на мне наплечная кобура с пистолетом. И честно выполнял данное Татьяне Григорьевне обещание: за пределами дома или работы не расставался с «вальтером».
Кроме того, старался без нужды не высовываться на открытые пространства, где становился идеальной мишенью для снайпера или бомбиста, но в то же самое время избегал толпы, где меня без проблем можно было в упор расстрелять из пистолета с глушителем или даже достать обычным ножом.
Наконец, я взял за правило не оставлять надолго без присмотра машину, а отлучившись от нее хоть на минуту, никогда не ленился наклониться и внимательно посмотреть, не появилось ли в мое отсутствие что-нибудь новенькое под днищем.
Но, несмотря на эти предосторожности, один раз мой «Эксплорер» все же достали.
Это произошло в среду вечером, на третий день моей «жизни с оглядкой», когда я после шопинга отвез Катерину домой и на обратном пути решил заглянуть в гипермаркет – прикупить кое-чего из продуктов.
Я выбрался из машины, помахивая одной лишь бар-сеткой, а вернулся через сорок минут, нагруженный тремя вместительными пакетами, набитыми как минимум двухнедельным запасом жратвы. Забросив покупки в багажник, я заглянул, как обычно, под днище. Проверил, не прокололи ли мне, пока был в магазине, колеса. После чего спокойно сел за руль и выехал с парковки.
И только тут, оказавшись на оперативном просторе, с неудовольствием отметил, что на лобовое стекло попала какая-то дрянь и мешает сосредоточиться на дороге. Я побрызгал из омывателя, включил дворники. Но вышло еще хуже. Грязь щетки не убрали, а только размазали по стеклу. Теперь сквозь него почти ничего не было видно. Дальше так ехать было нельзя. Следовало прижаться к поребрику, вылезти из машины и протереть стекло тряпкой.