Но все-таки как это, оказывается, заманчиво щекотать себе нервы, таская за хвост кровожадного хищника, – с некоторым удивлением признался сам себе я. – Еще не прояснилась ситуация с Наркевичем и Афанасовым, еще не известно, чем мне отплатят за мои подставы менты и бандиты, а я уже вовсю рою землю копытом, чтобы добавить к списку своих неприятелей блатняков.

Я, наверное, рехнулся!

Или просто стал другим человеком?

Не минуло и месяца, как работа с «Подставой» превратила меня в настоящего экстремала. Еще недавно старавшийся держаться подальше от всех мало-мальски конфликтных ситуаций, я теперь активно выискиваю их для себя. И, как наркоман без дозы, не могу уже день прожить без адреналина.

«Жизнь с оглядкой» пришлась мне по вкусу. Точнее сказать, раз попробовав, я сразу попал в зависимость от нее. И, хотя всеми клетками, всеми порами своего организма чувствую, что добром это не кончится, другого существования для себя уже не представляю и с незаурядной целеустремленностью делаю все для того, чтобы жить опасно.

Барханов, Борщ и компания должны быть довольны таким крейзанутым сотрудником…

Кстати, о Борщихе. – Я бросил еще один взгляд на часы. – Чего она там сказала? «Спать не ложись, жди. Выкрою время, подъеду к тебе», – кажется, так. Что ж, делать нечего. Сам напросился, придется ждать. – Я покачал головой и усмехнулся:

Действительно, идиот! Обеспечил себе очередную бессонную ночь».

Глава 2 ЧТО ТАКОЕ МОМАВАЛИ И КАК С ЭТИМ БОРОТЬСЯ?

В пятницу я представлял свою протеже Василису на расширенном редакционном совете.

В последнее время мне, как программному директору базового проекта телеканала, не раз доводилось выступать центральной фигурой на подобных мероприятиях. Две недели назад я излагал высочайшему совету концепцию «Объекта насилия», потом ответил на несколько дежурных вопросов и принял во внимание несколько несущественных поправок. Все это в общей сложности заняло чуть более часа.