Купе душило Ильзу. Она открыла дверь, вышла в коридор, застыла у окна, обрела спокойствие. Ночь, ласкаемая дождем, регулировала восприятия Ильзы. Девушка уезжала, оставляя родные места, приобретая ощущение небытия. Подчиняясь формуле странствия, девушка силилась понять, что уносит ее и куда. Она будет секретаршей в нейлоновых трусиках, или устроится парикмахером, или продавцом в магазине. У нее нет прошлого. Она от него отказалась. Но сны опровергали его отсутствие. Все таки прошлое напоминало о себе и болью слева и слабостью справа.

Первый этап движения завершен. Станции не заботят Ильзу. Она не знает, куда едет. Она знает, что нельзя иначе.

Можно вдохнуть мрак очередного тамбура? Поезд пойман аркой, будто проникает в толщь радуги.

Глаза Ильзы - частички радуги.

Возникло нечто ужасное. Руки трогают гладь стекла. Губы касаются прозрачной поверхности. Произрастают поцелуи. Возрождается забытый вкус. Холодная игра живых подруг, нужно вспомнить их предназначение. Ильза не видит будущего. В окна своего прошлого не заглядывает. Ее не хотели слушать, обрывали на полуслове. Она могла привыкнуть. Анализ обнажил глаза. Людям свойственно плакать. Любовь настигает человека где-то в конечном жизненном пространстве. Ильза пытается спасти молодость. Сохранить и уберечь историю осмысления. Ильза наделена глубиной и долгим звуком преобразования. Родной город должен затеряться в приступах безудержной депрессии. Она обращалась к проводнику как к представителю другой планеты. Когда он делал ей чай, у него тряслись и потели руки. У Ильзы блестели глаза. Они шепчут: "Я любила тебя." Она родилась в вагоне № 8. Последний раз она видела родинку на своей щеке во сне. А за пределами сна - смутные умопомрачения. Слишком много воды вокруг.