— он ведь сам неоднократно пытался завести разговор с местными, но, видимо, не к тем обращался. Странно было, что прибывшие пытаются установить, на каком языке он говорит, по идее, они должны четко это знать. Когда к нему вновь обратились, он решил ответить.
— Я буду разговаривать на общепринятом языке Земли, если вы не против, — сказал он, глядя в глаза высокому.
Тот сосредоточенно прослушал перевод из своего аппаратика и кивнул. Он тронул прибор, явно фиксируя настройку, и беседа началась.
— Кто вы такой?
— Я пилот гиперсамолета разведки климата с лунной базы «Беллона-1». Мое имя Хадас Кьюм, — насчет разведки он врал.
— Как вы сюда попали?
Пленник вкратце доложил, как это случилось, не вдаваясь в технические детали и цели своего полета.
— Вы будете отвечать на все наши вопросы? Хадасу очень хотелось соврать, однако что-то внутри противилось этому.
— Я в вашей власти, и сдался я добровольно, однако я сам хочу получить ответы на некоторые свои вопросы, я не думаю, что вы чем-то рискуете, отвечая на них, я ведь никуда не денусь из вашего подземелья.
После этого заявления высокий — в нем было сантиметров сто семьдесят и по сравнению с другими он казался большим — отключил свой прибор и немного посовещался с напарником. Все это время остальные прибывшие подобострастно стояли, не сходя с места и лишь иногда переминаясь с ноги на ногу. Хадас подивился их выдержке при столь непривычно большой силе тяжести — даже свои многочисленные инструменты они не положили на пол. Лишь полицейский с дубиной вел себя более развязно: он оглядывался вокруг, чесал нос и всячески показывал свою независимость.