Глава комиссии полковник фон Альбрехт почти неслышно подошел к адмиралу Канарису и, пользуясь личным знакомством, попросил разрешения переговорить с глазу на глаз.

  Адмирал потер замерзающие на морозе уши, устало ответил:

  - Можно без чинов, Вальтер, что вы об этом всем думаете?

  Полковник фон Альбрехт демонстративно снял пенсне, протер их белоснежным платком, который он ради чистоты носил в футлярчике, негромко заговорил.

  - Господин адмирал, картина та же самая, что и под Фастовом. Я опросил свидетелей боя, картина не радостная. Тяжелая боевая машина, длинная пушка, калибр примерно оценивается в 120-130 миллиметров. Что самое интересное, так это практически все в один голос утверждают, что танки стреляли на ходу и весьма результативно, что говорит о наличии стабилизатора орудия...

  - Наши шансы?

  - Никаких. Ни один из имеющихся у нас танков не в состоянии соперничать с такими машинами. Под Фастовом был один танк. Тут уже три. Что будет, когда они у русских появятся в больших количествах?

  Оба замолчали, прекрасно понимая безрадостные перспективы.

  - Еще на что следует обратить внимание...

  Канарис поднял голову, как бы разрешая полковнику продолжить свою мысль.

  - Тактика и связь. Они погасили радиосвязь, причем своя у них действовала бесперебойно, и, судя по всему, быстро обнаружили командирский танк и сразу его уничтожили, не смотря на то, что он находился во второй линии и ничем не выделялся. Я бы сказал, что тут против нас воевали инструкторы, опробовавшие в бою новые тактические схемы, которые, на мой взгляд, весьма эффективны.