Прозвучало это так, как будто Жанна замыслила этой ночью тихо и безболезненно отправить Женю в мир иной. Таким тоном обычно говорят: "Спи спокойно, дорогой товарищ!" Пока Евгения ловила челюсть и хлопала глазами, Жанна спокойно проследовала к своей койке, надела сногсшибательную ночнушку из черных кружев и нырнула под покрывало. - Нет, вс(! - простонала Юлька. - В Кащенку. На интенсивный курс лечения. Электрошок, лоботомия и гипноз. И срочно, пока еще можно спасти остатки разума. - Спасибо, Юля, ты настоящий друг, - сонно пробормотала Жанна из-под одеяла. - Господи помилуй и спаси, - внесла свою лепту в общую беседу Вера из Сибири, и Женя Граудинь почувствовала, что отмалчиваться в этой ситуации просто неприлично. - Жара. Экзамены. Бардак, - произнесла она и добавила ни к селу ни к городу: Криминальный беспредел. Экономический кризис. Разврат, гомосексуализм и половые извращения. Коррупция и проституция. Этот мир катится в пропасть. 4 Туман, накрывший Москву в эту ночь, первокурсницы французского отделения благополучно проспали. Разбудил их громкий хлопок. Это поднявшийся ближе к утру ветер чересчур вольно обошелся с распахнутым окном. Стекла, к счастью, не вылетели, но все девчонки вскочили с коек одновременно. Им показалось, будто в комнате раздался выстрел. Плохо ориентируясь спросонья в темноте Жанна и Женька столкнулись посреди не очень просторной комнаты, и Женькин голос смущенно произнес: - Нет, ну если ты настаиваешь... Однако воркование бесцеремонно прервала Юлька. - Смотрите, что делается! - закричала она, тыча пальцем в окно. Там бушевала вьюга и белые хлопья залетали в комнату. - Снег! - вскрикнула Вера. - Закройте окно скорее. - Странно, и не холодно совсем, - удивилась Женька, которая тоже устремилась к окну, увлекая за собой Жанну. Окно общими усилиями все-таки закрыли, а свет включить не удалось. Света не было ни в здании, ни на улице - но к Москве уже приближался рассвет, и в предутренних сумерках можно было разглядеть, как кружатся по комнате белые снежинки, не желая опускаться на пол.