Впрочем, одну победу над беспутной Евгенией Вера все-таки одержала, добившись, чтобы она ходила ночевать к своим любовникам, а не они к ней. Либеральные порядки в университетской общаге допускали оба варианта, и Веру ужасно раздражал скрип соседней кровати, который порой продолжался всю ночь и сопровождался другими звуками, не предназначенными для ушей целомудренных девочек. Одна Вера вряд ли справилась бы с этой стихией, даже несмотря на свой сибирский характер. Но ее подержала Жанна, которую на курсе называли не иначе как Жанна Девственница - во-первых, за сходство с портретами Жанны д'Арк в книгах по истории Франции, а во-вторых, собственно за девственность, которую Жанна берегла, как зеницу ока. - Сначала мужчина должен доказать мне свою любовь, - говорила она. - Три-четыре года платонических отношений могут убедить меня, что он не врет. И тогда можно будет говорить о помолвке. О помолвке, а не о постели. Постель - только после свадьбы, первая брачная ночь, окровавленная простыня, все как положено... - С такими запросами ты останешься старой девой, - увещевала ее Юлька Томилина, тоже соседка по комнате и лучшая подруга. - Сначала в загс, потом в койку - это я понимаю, но зачем тебе три года платонической любви? - Чтобы заполучить меня в койку, многие не откажутся пойти в загс, - поясняла Жанна. - А потом мучайся с ним. Любовь прошла, завяли помидоры... А ухаживать три года без вознаграждения, в обмен на одну только надежду, можно лишь по большой любви. - Такие парни давно вымерли, - качала головой Юлька. - Три месяца еще куда ни шло - но три года... Нет. Вымерли как мамонты. - Не верю! - отвечала Жанна, но справедливости ради надо отметить, что парня у нее не было. Своими запросами она распугала всех - благо девушки на филфаке не в дефиците, и любой желающий может найти себе кого-нибудь посговорчивее. Юлька колебалась между двумя предположениями. Либо Жанна просто фригидна и не испытывает никакой потребности в сексе - что не редкость среди женщин, даже очень молодых, либо она скрытая лесбиянка - хотя, может быть, сама не понимает этого.