— Не уверена, что я полностью согласна с губернатором, — сказала, помолчав, Хонор, но ее собеседник покачал головой.

— А вот я полагаю, что он совершенно прав. Политические и дипломатические последствия вашего побега обещают стать грандиозными, и Грейсон заслуживает того, чтобы узнать все подробности первым. Конечно, мы отправим курьерские яхты и на Ельцин, и на Мантикору, но депеши будут засекречены и зашифрованы на высшем уровне. Их содержание останется тайной даже для курьерских экипажей, а со всех, кто вступал в контакт с вами здесь, будет взята подписка о неразглашении. Не мне решать за ее величество, но не думаю, что она допустит просачивание в средства массовой информации хотя бы намека на эти сведения до тех пор, пока Протектор не побеседует с вами лично, а его правительство не выработает программу действий.

— Вы уверены в правильности этих решений, милорд? — спросила Хонор. — Я не оспариваю вашу логику, но почему бы вместо депеши не отправить на курьерской яхте меня! И почему вместо пути на Мантикору избран какой-то круговой маршрут? Чтобы попасть на Грейсон, не проходя через туннель, мне потребуется более трех недель. Подписки подписками, но это слишком большой срок, чтобы сохранить в тайне прибытие на Сан-Мартин такого количества людей.

— Ну, как раз насчет секретности можно не беспокоиться. Разумеется, ваше прибытие уже наделало много шуму, и скоро в системе о нем будут знать все от мала до велика. Но мы контролируем оба конца туннеля сети, а стало быть, никто вне системы не услышит эту новость, пока мы не начнем пропускать корабли на Мантикору. Конечно, информация расползается по космосу и обычными гиперпространственными рейсами, но таким способом внешние миры познакомятся с новостями только через несколько недель. А то и позже, учитывая, что у нас здесь установлен жесткий транспортный контроль. Его пришлось установить после того, как МакКвин начала свои чертовы рейды.

Адмирал нахмурился.