В одиночестве она медленно дрейфовала во тьме среди звезд. В относительном покое, вдали от пограничья Федерации и старых районов Клингонской Империи. И говорящим за себя доказательством ее истинной ценности являлось то, что ни Федерация, ни Империя не заявляли на нее своих прав.

Никто не знал, кто построил "Темную Зону". Более того, никого это не волновало.

Но для Павла Чехова в звездную дату 9854.1 это являлось самой важной вещью в его жизни. Потому что покрытые глубоко въевшейся грязью стены ее проходов вполне могли быть последним, что он в жизни видел.

Холодный наконечник узла дизрапторного эмиттера еще глубже впечатался в висок Чехова.

Рука в кожаной перчатке еще сильнее сжала его горло. Дышать невозможно. Для чего и сделано.

Корт, одноглазый клингон, с вонью изо рта от паршивого гака, наклонился ближе, считая в обратном порядке, палец напрягся на спусковой кнопке.

– ... хат... чоргх... соч...

Через семь секунд Чехов может стать облачком развеянных субатомных частиц. Его единственная мысль: "Что сделал бы капитан?"

– ... джай... вах...

Чехов безуспешно рванулся из-под толстой мускулистой руки клингона.

– Я хотел сам распоряжаться своей жизнью! – выдавил он.

Корт прекратил отсчет. Прищурился одним здоровым глазом на своего пленника. На бесконечно малую долю ослабил зажим своей хватки.

– Это поэтому ты врезал адмиралу? – спросил Корт. Он явно не доверял. – Разрушил свою карьеру? – Глубокие морщины избороздили массивные клингонские надбровья вплоть до дюраниевой пластины, закрывающей его пустую глазницу.

– Какую карьеру? Звездный Флот ничего больше не мог предложить мне. – Чехов смотрел на поверхность дизрапторного дула. От дыхания Корта ему хотелось заткнуть рот. Но он определенно завладел вниманием клингона настолько же, насколько тот завладел его.

– Тридцать три года я им отдал, – продолжал Чехов. – И ради чего? Я все еще коммандер – коммандер! Вечно делаю то, что шишки велят.