Чехов не давал себе труда пытаться следовать Кортовым идиомам. Он только поднапрягся, когда клингон сдавил его в медвежьих объятиях. Минуло еще десять ударов сердца. Чехов почувствовал дурноту.

Корт отпустил его. Дружески хлопнул по щеке, что больше походило на полновесную пощечину.

– Они будут звать тебя предателем, – объявил приговор Корт.

Чехов массировал лицо, стараясь облегчить жжение. Так и не привык к бороде, которая там теперь росла.

– Они меня и хуже называли.

Корт посмотрел на Ухуру.

– И тебя то же самое.

Ухура просияла жестокой улыбкой. Чехов смог заметить, как ноздри Корта раздулись с явным интересом.

– Я их и хуже называла.

Корт пошарил в поясе и вытащил две идентификационные карточки.

– Как не свезло, вы не узрели ошибки пути Звездного Флота десятилетия назад, – рыкнул Корт. Он вернул пластинки Чехову и Ухуре. – Затем, сегодним, возможно это бы будет Имперское собирание поглодать на костях Федерации.

Чехов засунул свою фальшивую идентификационную карточку в тайный карман плаща. Несмотря на все, чего эта карточка стоила, она оказась бесполезной. Корт смог определить его и Ухуры истинные личности меньше чем за десять часов – без особых усилий разузнав, что они ушли из космофлота при прямо скажем, не идеальных обстоятельствах, шесть коротких месяцев назад.

– Я не рассматриваю то, чем мы занимаемся, как обгладывание костей Империи, – произнес Чехов. Он отряхнул темную гражданскую одежду, которую сейчас носил. Ухура сделала то же самое.

Корт обхватил Ухуру рукой за плечи, подтянув ее к себе поближе.

– Конечно, закон обманных. – Говоря это, он умудрился выглядеть почти мечтательным. Нелегкая задачка для клингона. – Ешь или будь обедом. – Он нахмурился, глядя на Чехова. – Ваш такой неуклюжий язык.

Чехов пожал плечами.

– Что теперь?

Корт одарил своих новообретенных друзей-землян последним болезненным объятием, затем небрежно их отпустил, из-за чего оба натолкнулись спиной на андорианцев.