— Вы, кажется, разочарованы? — Лицо Йона Диедо перекосилось от гнева, словно я невольно нанес ему страшное оскорбление. Перемена была столь внезапной, что я в испуге вжался в кресло. Впрочем, он быстро овладел собой, и его голос сделался, как прежде, ровным и приятным, однако столь быстрое возвращение к цивилизованным манерам напугало меня едва ли не больше, чем проявленный им несколько мгновений назад гнев. Я даже подумал о том, насколько невыгодна моя позиция, ибо, сидя в кресле, я вряд ли мог обороняться, если бы в этом возникла нужда; кроме того, Диедо стоял прямо передо мной, загораживая выход из узкой комнаты-ниши, и я с внезапной тоской и страхом вспомнил, как далеко нахожусь и от родного дома, и от людей вообще, ибо Диедо жил на достаточно большом расстоянии от столицы.

Тем временем хозяин усмехнулся и слегка пожал плечами.

— Впрочем, вы и должны быть разочарованы, — сказал он каким-то странным тоном. — Но, быть может, если сказать вам, что я волшебник, это заинтересует вас больше?

Я неуверенно рассмеялся.

— Вы, наверное, издеваетесь надо мной, поскольку я приехал из маленького провинциального городка, — сказал я. — Но уверяю вас, что и в наших краях подобные предрассудки не…

Я не договорил. Йон Диедо не пошевелился, не произнес никакого заклинания или магической формулы, но его глаза вдруг полыхнули нефритово-зеленым огнем.

На мгновение мир вокруг померк. Придя в себя, я обнаружил, что уже не сижу, а почти лежу в кресле, так что моя голова находится на уровне колен Диедо. Он снова усмехнулся и, наклонившись, закрыл мне глаза ладонью. Я почувствовал, как меня поднимают и переворачивают лицом вниз…

— Вы рассказали мне потрясающую историю своей жизни, — проговорил Диедо, обращаясь не столько ко мне, сколько к самому себе. Руку он убрал, и теперь я видел его туфли с большими золотыми пряжками. — А теперь вы поведаете мне и о том, о чем предпочли умолчать.

Я почувствовал, как его руки крепче сжали мои бока. В следующую секунду Йон Диедо раскрыл меня, как раскрывают книгу. Я даже услышал негромкий хруст, какой издает новенький переплет. И внезапно я с ужасом осознал, что Йон Диедо действительно превратил меня в книгу.