Жак вздохнул.

- И в кого ты такой умный? Я и то догадался, только когда ты сказал, что тебе страшно. Мафей, ты не бойся, это он на всякий случай. Это не значит, что кого-то непременно хотят отравить. Давай назад, а то король ждет.

Мафей спрыгнул с тумбочки и подошел к нему.

- Не знаю... мэтр ничего просто так не делает, раз он меня так интенсивно учит, значит, у него есть основания опасаться, что кого-то могут попытаться убить. Либо его самого, либо Шеллара.

- Давай поговорим об этом потом, ладно? А то он что-нибудь заподозрит.

Король, вопреки опасениям Мафея, не затруднял себя вычислениями и подозрениями, а сидел в кресле, увлеченный толстым томом рукописи.

- Я готов! - объявил Жак. Его величество отложил рукопись и пожаловался:

- Ох, и почерк у Ольги! Глаза сломаешь! Неужели руны так сложны для написания?

- На родном языке она пишет еще хуже, - засмеялся Жак. - У нее просто такой почерк. С чего вам вздумалось подряжать ее на переписку книг?

- А кого? Тебя? Да и хотелось как-то дать ей возможность подзаработать, раз я больше ничем не могу ей помочь. Пойдем в кабинет.

- Так-таки и ничем? - поинтересовался Жак, когда они вышли в коридор.

- А чем еще? Если у тебя есть какая-то дельная мысль, поделись.

- Да нет, она вовсе не дельная, а просто по-человечески... Чего вы с ней перестали общаться? Мы с ней часто видимся, и я, и Элмар с Азиль, и Тереза, даже Мафей иногда заглядывает, а вы запрятались в своем дворце и носа не кажете. Что, так стесняетесь, или решили, что раз уж возможный роман накрылся некромантским проклятием, то в чисто дружеских целях не подобает его величеству водиться с особой низкого происхождения?

- Жак, прекрати нести чушь, - поморщился король. - Неужели ты действительно так обо мне думаешь?

- А что тогда? Разобиделись, ваше королевское достоинство не перенесло отказа? Так от предложения в такой свинской форме и я бы отказался, и обижаться у вас нет никакого морального права.