Она уставилась на него глазами, лишенными зрачков.

— Варп знает тебя, Ибрам. — Теперь ее кривящиеся губы говорили уже старческим голосом.

Кадет отпрянул, как ужаленный.

— Откуда ты знаешь, как меня зовут?

Она не ответила. Членораздельно, во всяком случае. Она начала тараторить что-то невнятное, плеваться и биться в конвульсиях. Из горла вырывалось лишь звериное рычание.

— Да уберите же ее отсюда! — рявкнул Танхаузе.

Один из гвардейцев двинулся было к псайкеру, но тут же упал на колени. Его словно скрутило, а из носа потекла кровь. Девушка всего лишь посмотрела в его сторону. Тогда солдаты, ругаясь и бормоча защитные литании, принялись бить ее прикладами лазганов.

Ведьму наконец уволокли, а Гаунт простоял еще несколько минут, глядя в пустой коридор. Воздух не стал теплее. Кадет обернулся к Танхаузе и увидел тревогу на лице ветерана.

— Не обращайте внимания, — как можно увереннее произнес гирканец.

Кадет здорово испугался, это было ясно как день. «Все от неопытности», — уверил себя майор. Пройдет несколько лет, Мальчик переживет пару кампаний и научится отсекать бессвязный бред врага, его нечистые проповеди. Иначе он никогда не заснет спокойно.

Гаунт явно нервничал дольше положенного.

— Что все это значило? — Он словно надеялся, что Танхаузе растолкует ему слова девушки.

— Ахинея это, вот что. Выбросьте из головы, сэр.

— Да, выбросить из головы, точно.

Но он так никогда и не забыл.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Мир-кузница Фортис Бинари

1

Небо было матово-черным, как их униформа. Рассвет пришел тихо и внезапно, подобно удару ножа, и черный покров небес вскипел блекло-красным у самого края.

Наконец взошло солнце, заливая траншеи жестким янтарным светом. Звезда была алой, большой, тяжелой, будто гнилой фрукт, брошенный в огонь. Вдали сверкнула рассветная молния.