Дело организовали так:

Каждому найденному заклинанию присваивался номер, на заклинание заводилась регистрационная карта, в которую заносили формулу заклинания, его действие и последствия, дату и место обнаружения, включая тот письменный источник, в котором оно было зафиксировано.

Потом по пунктирной линии карточка разрезалась на две части.

На одной была формула заклинания и его номер, на другой — номер и все остальные описания.

Первая часть шла под грифом «совершенно секретно» и сразу передавалась руководителю того отделения Службы Поиска Заклинаний, в чьем районе оно было найдено, вторая часть под грифом просто «секретно» поступала рядовым сотрудникам Службы для дальнейшей обработки и классификации.

Очень скоро стало понятно, что ожившие заклинания — разные.

Были явные, действие которых проявлялось сразу же, как в случае с этим злополучным счётом из прачечной.

Были неявные, с действием, отдаленным по времени от произнесения заклинания.

Были переменные, которые срабатывали лишь при определенных условиях.

Были блуждающие, то есть заклинания, как бы перемещающиеся из точки в точку. Сегодня такое заклинание срабатывало и блюдца взлетали на воздух в городе А, но не срабатывало в городе Б, завтра оно уже не срабатывало в городе А, зато прекрасно поднимало посуду в городе Б.

И были осколки — самые противные из заклинаний. Как о всякий осколок, о них легко было пораниться. Большую часть найденных разрушающих заклинаний составляли как раз осколки.

Если же удавалось собрать осколки одного заклинания и соединить, оно приобретало совсем другие свойства.

К делу по поиску заклинаний решено было не привлекать особого внимания, пока не накопится значительная база данных.

Поисками занимались, в основном, люди из университетской среды. В нашем Университете и был тот центр, куда стекались все данные.