То ли обнародовать самые опасные заклинания, чтобы свести к минимуму риск от их случайного обнаружения, — то ли наоборот, ни в коем случае не обнародовать, чтобы свести к минимуму риск от их повсеместного употребления?
Обо всём об этом спорили до хрипоты и взаимных оскорблений, выраженных в безупречно вежливой форме, но пока все сходились во мнении, что первым делом надо проверить на заклинания учебники и детские сказки…
В срочном порядке их перечитали и опасных заклинаний, к счастью, не нашли.
Глава вторая
Я И МАГИЯ
Я и магия почти не пересекались.
И за исключением того, что приходилось переписывать уйму карточек, приобретая неизбежную мозоль на среднем пальце, все это меня как-то мало касалось.
Да и магия дошла к нам позже, чем к северным городам, — похоже, она расходилась волнами с севера на юг, как круги на воде от брошенного камня.
Поначалу мы, студенты, конечно, развлекались тем, что собирались где-нибудь и перечитывали вслух книги, какие у кого были в домашних библиотеках, потешаясь над страхом обывателей.
Но то ли Сестра-Хозяйка нас хранила, то ли древние маги были не дураки, — заклинания не находились.
Неимоверными усилиями наш курс нарыл за всё это время аж три настоящих заклинания.
Мне больше всего понравилось то, от которого хлебные крошки на столе превращались в ярких бабочек и улетали в сад.
Это заклинание я употребляла по три раза в день, чтобы не сметать со стола, пока папа не отругал меня, потому что гусеницы, которые появлялись из яичек, отложенных прелестными бабочками, обгрызли наш сад на корню. Мало того, папа заставил меня собирать гусениц. Голыми руками!
Первое заклинание было красивым, но с последствиями, второе же оказалось вообще придурковатым: оно делало кислые лимоны не такими кислыми.