Так что Джерри записал, как туда проехать, и теперь они бесконечно тряслись в старом фургончике – ничего другого в городишке, куда они приехали на корробори, взять напрокат не удалось, – а понять, где тут дорога, можно уже было только потому, что она так и шла прямо, не сворачивая. Поначалу Джерри был в отличном настроении. "Будет что засунуть Тилю в задницу", – говорил он. Его приятель Тиль вечто отправлялся куда-нибудь на Тибет, переживал там невероятные приключения и показывал друзьям видеосъемки себя на яке. Джерри ради этой поездки купил страшно дорогую видеокамеру и все повторял: "Вот наснимаю сейчас этих дикарей, и пусть этот долбанный Тиль подавится своими овцебыками!" Но утро кончилось, а дорога не кончалась, и пустыня тоже не кончалась – и почему ее называют "буш"? Потому что каждую милю попадается чахлый кустик (буквально "кустарник"; название австралийских и южноафриканских полупустынь и кустарниковых пустошей)? – а Джерри становился все горячее и горячее, все краснее и краснее, в точности как пустыня. А супруга его начала впадать в депрессию оттого, что с нее слезает тональный крем.

Она уже раздумывала, не сказать ли "Давай повернем назад", если на ближайших сорока милях ничего не случится (четыре было ее любимым числом), когда Джерри воскликнул:

– Вон!

Впереди и правда что-то виднелось.

– Я что-то таблички не видела, – с сомнением сказала она. – Про холм нам ведь ничего не говорили, да?

– Черт, да это не холм, это скала, как бишь ее?… здоровая такая долбанная рыжая скала…

– Эйерс-Рок? – Она прочла книжечку "Добро пожаловать к антиподам" в отеле Аделаиды, пока Джерри сидел на конференции по пластикам. – Но это ведь в центре Австралии, разве нет?

– А где мы, мать твою, по-твоему находимся? В центре Австралии! Или что это, по-

твоему, – долбанная Восточная Германия? – Джерри повысил голос и прибавил газу.