— Поль! — Второй пилот поморщился, когда ее голос загрохотал в наушниках. — На полную мощность! Малый пилотаж — номер один, три и пять!

Включив тумблеры зажигания, Поль отвел рукоятки газа до отказа. Ракетные двигатели малого пилотажа ожили, и корабль задрожал, понемногу замедляя шальные пируэты.

— Расстояние до станции восемьдесят один кэмэ и все сокращается, — доложил Поль. — Касательная составляющая 250 метров в секунду, с положительным приращением скорости. Предполагаемый контакт с «Вышкой» — пять и четыре десятых минуты. Позиция корабля — носом вниз, отрицательный угол сорок один градус.

Николь попыталась заговорить, но горло сжал спазм, кончившийся приступом кашля; гортань будто наждаком продрали. В душе росла паника. События стремительно выходят из-под контроля. Какая-то часть ее рассудка вопила, что время истекает и надо срочно предпринять что-то — да хоть что-нибудь! — или челнок обречен.

И все-таки Николь не желала сдаваться. Сделав пару глубоких размеренных вдохов, она глотнула воды из мундштука встроенной в скафандр системы питания и собралась с мыслями. Годы тренировок и шестое чувство, о наличии которого Николь только-только начала догадываться, подсказывали, что надо сохранять спокойствие и ясный разум.

— А как автопилот? — Она удивилась собственному хладнокровию. — И компьютерная система швартовки?

— Они отказали. Ты цела? — Поль не скрывал озабоченности.

— Отключай. Переведи на ручное управление. Жить буду. — Зажав ноздри в пригоршню, она сильно потянула носом, чтобы остановить кровь. Мимо проплыли несколько алых капель. Наверное, со стороны это выглядит ужасно. Она взглядом поискала шлем.

— Сто двадцать первый, я — О'Нил. Обнаружено существенное отклонение от полетного коридора…