Тут Мохан остановился, скользнул взглядом по изображениям Джона, Амелии, Питера-младшего и начал разглядывать Элизабет, бормоча:

– Надо же, тоже Лиззи! Но на мою не похожа… нет, совсем не похожа, однако хорошенькая… Волосы светлые, глазки голубые… Должно быть, в Амелию пошла, а не в бабку-испанку… А моя Лиззи, наоборот, – вылитая донья Пилар… Чудеса генетики, и только!

Пилар была супругой Сергеева и бабушкой Елизаветы. Мохан очень ее любил – за сходство с Лиззи, за приветливый нрав и за то, что Пилар была сердечной подругой Амриты, его собственной бабки. В детстве они улетели на Терею вместе с родителями, потом вернулись, и Амрита поселилась на Земле, а Пилар начала работать с тереянцами в проектах ИНЭИ. Тут они с Сергеевым и встретились.

– В общем, симпатичная у Питера сестрица, – подвел итог Мохан и принялся читать дальше.

«Питер еще при жизни матери большую часть времени проводил не в Порт-Ройяле (столица Ямайки, где жили родители), а в поместье деда. Питер Шелтон-старший, обнаружив у внука природную склонность к морской профессии и всяческим авантюрам, был чрезвычайно доволен этим открытием и надеялся, что Питер-младший исполнит его мечту – доберется до Южного моря и сокровищ инков.

Компания «Шелтон и Кромби» расширялась и процветала в течение трех десятилетий. Ее многочисленные шхуны и бриги плавали среди вест-индских островов и добирались до восточного побережья, до Джеймстауна в Виргинии

В первой половине восьмидесятых годов дела компании пошатнулись. Причины этого известны из предыдущих просмотров записи № 006322, но в данном контексте не важны. Суть в том, что компании «Шелтон и Кромби» предстояло выплатить в 1687—1690 гг. крупные суммы, взятые ранее в лондонских банках для расширения флота и деловых операций. Предчувствуя неизбежный крах, Джон Шелтон и Реджинальд Кромби искали источник быстрого дохода. Именно в этой связи всплыла история с дневником Чарльза и кладом инков, малая часть которого могла бы спасти компанию.