Кого б только взять в ныряльщики? Доверять никому нельзя — хоть сам ныряй вместе с Гудрун. Ирландец даже чуть не расхохотался, представив такую картину. Нет, надо либо особо доверенных, либо тех, кто не проговорится, — хорошо бы кого с дальних хуторов. Главное — обеспечить тайну в момент подъема, потом-то уж пускай языками чешут, сокровища-то вот они — надежно спрятаны в сундуках… вот только в чьих? Гудрун или его, Ирландца? Да, пожалуй, что, Гудрун, у Ирландца-то и сундуков своих нет. Значит, нужно сделать захоронку. Тайком от Гудрун. Мало ли, пригодится.

— Нужны верные люди, — вслух произнес Конхобар, и вдова понимающе кивнула. Одно дело — под смешки соседей поднимать просто пустой, разбитый камнями корабль, с целью последующего трудоемкого ремонта и продажи, и совсем другое — нырять за сокровищами.

— Из тех, кого я знаю, Трэль Навозник — лучший ныряльщик, — подумав, заявила хозяйка. — Глубже всех ныряет и дольше. Только холодной воды не любит, так ведь сейчас тепло.

— Навозник? — Ирландец нахмурился. Нет. Уж слишком ненавидит его бывший раб после того случая на островном жертвеннике.

— Слыхала, слыхала про твои шалости, — усмехнувшись, поддела Гудрун. Вот ведь зараза — любила прихватить за живое. — Хотя, если ему хорошо заплатить… он ведь копит деньги, хочет вернуться домой, дурачок, как будто ему здесь плохо. Рассказывал пастухам про каменные дома, теплое море, огромный город, где живет столько людей, сколько не наберется в Халогаланде, Вестланде и Вике вместе взятых. Врал, в общем. А те и рады — уши развесили.

— Огромный город у теплого моря? — задумчиво переспросил Ирландец. — Есть такой город, не врал Навозник. Называется Константинополь. В общем, можно, наверное, привлечь и его, только уж ты сама, без меня договаривайся. Пообещать-то ему можно много…

— А потом — камнем по башке и в болото, — понимающе хохотнула Гудрун. — Никто и не хватится.