Она какое-то время колебалась, но тут лодка начала съезжать с размытого берега в воду. Она всерьез испугалась и схватилась за протянутую руку. Родион посмотрел на полоску воды, на нее, потом обернулся. Ей отчего-то стало страшно. Она попыталась выдернуть из его руки свою ладонь, он отпустил. Лодка уже была в черной воде. В этот момент на стоянке появились люди.

– Сумки в багажник кидай! Все взял?

– А где удочки?

– Ты ж их брал!

– А на х… я их брал?

– Б…! В домике забыли!

– А может, ну их на..?

– Ты че?! Они ж бамбуковые! Батино наследство. Дороги мне как память.

Последние из шумной компании уезжали в город.

– Чего стоишь?! Беги!

– Может, Ленку послать? Вон она идет!

– Как бы она тебя не послала!

– Ленка! Принеси удочки! Мы их в домике забыли!

– Ага! Щас! Сами идите за своими удочками!

– Ну, е-мое! Васек, ты не помнишь, где они?

– В..! – раздался смех, похожий на конское ржание.

– Заводи, я быстро.

– Ой, цветочки! Какие красивые! – сказала та, кого назвали Ленкой, подошла к самому краю площадки и с высоты крутого берега стала разглядывать озеро.

– Только сейчас заметила? – хмыкнул Васек.

– Я хочу здесь остаться!

– Не дури, лезь в машину.

Но Ленка не спешила уходить, потому что кроме красивых цветочков заметила и Родиона, на которого тоже стоило посмотреть. Атлет напряженно глядел на женщину, стоящую на краю обрыва. Потом перевел взгляд на ту, что в лодке.

– Я хочу выбраться отсюда, – тихо сказала она.

Родион, как ей показалось, с сожалением, нагнулся и взялся рукой за борт, потом с силой потянул лодку на себя. Та вползла обратно на берег.

– Выходите!

«Какой же он сильный!»

Она неловко шагнула на полоску суши, зацепившись ногой за борт, и чуть не упала. Родион опять протянул ей руку, на которую она невольно оперлась. Атлет смотрел на нее с наглой усмешкой.