Джон Тейлор похлопал себя по колену.

– Встретиться со мной – не с вами?

– Конечно не со мной. Я великий Аноним в том, что касается моего появления. Вы можете сказать им мое имя, но мне хотелось бы взглянуть на них до того, как они увидят меня. Вы будете беседовать с ними, а я спрячусь – он дернул тощим локтем – за той дверью. Я все услышу, а меня не услышит никто. Вы разместите девять стульев спинками ко мне. Я смогу смотреть через дверную щель и видеть все, а меня никто не увидит.

Джон Тейлор наклонился вперед и совершенно серьезно заявил:

– Знаете, Джекоб, иногда мне действительно кажется, что вы сумасшедший.

Ответом были гримаса и странный смех.

– Мой дорогой Джон, я плачу вам кругленькую сумму для того, чтобы больше никто не мог так сказать. Кроме того, это неправда. Просто я сохранил молодой задор, а вы превратились в старомодного зануду. Я люблю резвиться, чудить и подшучивать надо всеми. У меня куча денег. Какая от них радость, если не использовать их для своего удовольствия? Я хочу развлечься – вот и все. Ну а теперь, может быть, вы позволите мне перейти к сути дела и рассказать вам о людях, которые придут к вам сегодня?

Джон Тейлор сжал губы, придвинул к себе листок бумаги и взял в руки остро заточенный карандаш. Всем своим видом он демонстрировал смирение, сквозь которое проступал намек на протест. Джекоб снова издал свой гогочущий смех:

– Подготовились? Ну тогда приступим! Фамилия Тавернер, Джеффри и Милдред – внук и внучка второго сына Джереми, Мэтью, брат и сестра – им около сорока.

Джон Тейлор записал это на листке.

– Записал? Теперь следующий брат, Марк. Его внучка по женской линии – миссис Флоренс Дьюк.

Джон Тейлор ничего не сказал. Он просто записал: «Миссис Флоренс Дьюк». Джекоб поднял глаза к потолку.

– Четвертым ребенком Джереми была девочка, Мэри. Вот здесь мы начали подниматься по социальной лестнице. Она сбежала, чтобы поступить на сцену, и вышла замуж за графа Рэтли – из древнего рода, без мозгов, без денег в кармане, но с разваливающимся фамильным замком в Ирландии.