Да вы знаете, что там. - А, значит, вы меня приняли... - выговорил, наконец, Алексей. - Герман Войский, работаю здесь водителем, - проговорил мужик, все еще широко улыбаясь и протягивая для пожатия руку. Зубы у него оказались большие и очень белые. Приезжий немного успокоился. На западе солнце наполовину погрузилось за горизонт, стало еще холоднее. - Вы хотите в Гнилов? - спросил Войский. - Это довольно далеко отсюда! - Да, поезд дальше не идет, а я не хотел бы задерживаться здесь надолго. Закат окрасил полоску облаков в фантастические холодные цвета. Там, где они кончались, цветовая гамма обрывалась резко и неожиданно, открывая бледное бирюзовое небо. - Вы очень торопитесь, - сказал Войский с усмешкой, - не много народу имеет важное дело в городе. Такое, чтобы ехать туда на ночь глядя. - А что, это очень далеко отсюда? - Не далеко, да дорога идет через лес, там скользко и сугробы. А еще что-то волки в этом году зашевелились. Скот режут, а третьего дня Фома Горбатый ушел в лес по дрова и не вернулся. Пошли его искать, но нашли только шапку, да и та вся изодрана. У Алексея побежали по спине мурашки. Крошечный кусочек оранжевого зимнего солнца отразился в лобовом стекле "эмки". - Вы думаете, мы встретим волков? - Ну, маловероятно на дороге, они все в глубине, да и не страшны они нам, в машину не проберутся. Впрочем, если уж будут усердствовать, у меня есть чем их шугануть. Войский со скрипом открыл ржавую дверь и извлек из-под сиденья ружье. Свет заходящего солнца тускло отразился от стволов: тульская двустволка десятого калибра с обрезанным прикладом - любого волка завалит. - Так вы согласны ехать? - Ну, дорога все-таки неприятная, придется потребовать небольшую плату. Да и выезжать надо побыстрее, если мы не собираемся ехать всю ночь. - Это пожалуйста! - Что у вас за дело, горожанин? Небо на востоке стало медленно темнеть. Алексей медлил. - Я археолог, - наконец, сказал он, - и мне нужно быть в Гнилове, потому что там выкопали что-то необычное.