- Вы похожи на цивилизованного нула, - сказал оборванец из-за забора. - Ставлю десять против одного, что через несколько часов вас уже не будет на этой проклятой планете. Дипломатическая служба, верно? Я тоже когда-то служил, но колесо фортуны повернулось, и я гнию на этой болотистой планете.

- Безработный? - Синворет задал вопрос осторожно, не желая выслушивать историю неудавшейся жизни.

- Не по своей воле, господин. И не моя вина, что я вынужден обманывать, чтобы достать бьяксис и выбраться с этой дыры. Умоляю, дайте мне десять десяток.

Синворет умел быть щедрым, если подарок гарантировал исчезновение нахала.

- Пожалуйста, - сказал он, подавая несколько монет. - Но почему ты просишь десять десяток, а не целую сотню.

Оборванец поднял руки в некой улыбке.

- Я игрок, господин, играю, чтобы раздобыть деньги на билет домой. Десять десяток - это цена одного билета местной лотереи - и именно эту сумму я прошу! Выигрыш составляет почти столько, сколько нужно на дорогу до Патрассы, а шанс на выигрыш - один из девяносто шести миллионов.

- Я бы не поставил десять десяток на такой маленький шанс, - заметил Синворет.

- Девяносто шесть миллионов - мое счастливое число, - ответил оборванец, шевельнув гребнем, и исчез в толпе.

Качая головой над глупостью нула, Синворет вернулся в отель сообщить свите о новом времени отъезда. Двадцать часов спустя они были уже на пути к Земле.

А на Земле заинтересованные стороны как раз закончили подготовку к их приему.

Вооруженная оппозиция Риварса действовала так хитро и решительно, что начало работ на новом Городе в Истбоне задержалось на несколько недель, пока пехота маршала Терекоми (удерживаемая приказом по мере возможности избегать кровопролития) наводила порядок. Начал возникать новый Город скромных размеров, рассчитанный так, что даже самый подозрительный инспектор ничего не смог бы сказать против него.