— Свидетельства очевидцев, именно так. Скажите, слышали ли вы когда-нибудь о теории «параллельных миров»?

— Читал кое-что из фантастики на эту тему. Вы имеете в виду идею о том, что миры расходятся после определенных исторических событий? Один мир, в котором Наполеон победил в битве при Ватерлоо, и наш собственный, в котором он проиграл?

— Да. В таком случае должно существовать множество миров, связанных с бесчисленными решениями. И не только очевидные результаты битв и политических перемен, но даже появление и использование некоторых изобретений. Увлекательное предположение.

Блейк кивнул. Несомненно, мысль интересная, и это явно конек Сакстона. Но сейчас его больше интересует положение некоего Блейка Уокера в его единственном из возможных миров.

— Есть пункты расхождения даже в последние годы, — продолжал человек за столом. — Представьте себе мир, в котором Гитлер победил в битве за Британию и захватил Англию в 1941 году. Предположим, великий руководитель родился слишком рано или слишком поздно.

Блейк почувствовал интерес.

— Я как-то читал об этом рассказ, — согласился он. — Как английский дипломат в начале 90-х годов восемнадцатого века встретился с французом, майором артиллерии в отставке. Тот умирал в небольшом французском городке. Это был Наполеон, родившийся слишком рано.

— Но предположим, — Сакстон поставил свою чашку и наклонился вперед, глаза его загорелись, — предположим, такой человек, рожденный не в свое время и не в своем мире, получает возможность перейти с одной линии на другую, где он будет вдвойне опасен. Допустим, вы родились в эпоху, когда общество сдерживает ваши способности, не дает им, как вы считаете, должного применения.

— Вы захотите переместиться туда, где сможете применить их. — Это элементарно. Но Сакстон улыбался ему, словно Блейк ученик, получивший пятерку за контрольную. Что-то за этим несомненно кроется…, что? Предупреждение не звучит, но у Блейка появилось ощущение, что его старательно направляют на тропу, которую избрал для него Сакстон, и что это сделано намеренно.