– Мне тоже было очень хорошо! А ты как капкан на медведя – не отпускаешь.

– Я так хочу! Это что, плохо?

– Да нет. Просто необычно.

– Для меня тоже. Я так никогда не делала раньше, а сейчас почему-то захотелось. Имею право?

– Имеешь, имеешь! – улыбнулся Андрей.

Этот марафон продолжался до самого утра. И до самого утра она так и не дала ему выйти из своей нежной плоти. Вообще в Тане была какая-то животная ненасытность…

И только когда в окна заглянуло по-зимнему снежное, пасмурное утро, они обессиленно легли рядом, превратившись в отдельные организмы – опьяненного ласками мужчину и уставшую, но удовлетворенную женщину…

– Спасибо, Геракл.

– Тебе спасибо, нимфа.

– Хочешь кофе?

– С удовольствием, – ответил Филин. – А телефон у тебя есть?

– У тебя возле головы стоит, на трюмо. Не заметил? – Таня отправилась готовить кофе.

– Алло! Ма, это я.

– У тебя все в порядке?

– Да, все хорошо.

– Андрюша, тебе звонили со службы вчера вечером.

– Что сказали? – вскинулся Филин.

– А ты Игорю перезвони – он все знает.

– Хорошо. Ма, пока!

Андрей стал торопливо набирать номер Медведя. Трубку подняли сразу, как будто ждали звонка.

– Это я. Че там за аврал?

– Слава богу! Значит, так, командир, звонили из отряда с приказом от Бати прервать отпуск и явиться по месту службы. Наш самолет сегодня вечером. Билеты – по брони КОДВО.

– Не знаю, Андрюха, только мне сказали, что всю группу из отпусков отозвали.

– Значит, что-то случилось. Ладно. Я еду. По пути заскочу в штаб округа. Собирайся, Игорек. Чую, что есть «работа».

– Ты уезжаешь? – поникшим голосом спросила вошедшая с подносом Таня.

– Прости, Синичка, – служба.

– Кофе-то попьешь?

– Обязательно!

– Как же так?! Так хорошо было, и вдруг все улетучилось.

– У меня такая работа, Танюша.

– Мы еще встретимся?