— Вот еще одна разница между вами и той грязной публикой: если они поймают шантажиста, то выпустят ему кишки. Вы этого делать не будете, что известно тому, кто держит вас за горло. Поэтому я и появился.

У Мэгги расширились глаза.

— Я не хочу, чтобы кому-нибудь выпускали кишки!

Джек рассмеялся:

— Это всего лишь образное выражение. Может, тот тип и заслуживает подобного наказания, но уж слишком все усложнится.

Она бросила на него недоверчивый взгляд и осмотрелась. Хотя их никто не подслушивал, она все же понизила голос:

— Человек, который рассказал мне о вас, предупредил, что вы работаете жестко. Я против насилия. Я просто хочу вернуть эти фотографии.

— Я не киллер, — сказал он ей, — но этот человек не собирается так просто возвращать вам фотографии, пусть даже я очень вежливо попрошу его. Я постараюсь это сделать так, чтобы он даже не догадался, на кого я работаю, но без пары грубостей, пожалуй, не обойтись.

Она скривилась:

— Только не выпускайте ему кишки.

Джек рассмеялся:

— Да забудьте вы о них. Я хотел бы узнать, кто сказал вам, что я жестко работаю. Как его имя?

Тонкие губы Мэгги сложились в некое подобие улыбки.

— С чего вы взяли, что это он?

Она явно не была настроена идти ему навстречу. Ладно, он подождет. И присмотрится. Клиенты, не имеющие рекомендаций, требуют дополнительного внимания.

— О'кей. Начнем сначала: вы принесли первую половину моего гонорара?

Она отвела глаза:

— У меня его нет. У меня вообще мало денег, и большая часть их ушла, чтобы рассчитаться с этим... животным. — Казалось, ей требовалось сделать над собой усилие, чтобы назвать шантажиста по имени. Что это за женщина? — Я подумала... не могу ли я расплатиться в рассрочку?