— Ангел, Вадим, ангел… тебе крылья показать с нимбом? Настроения нету. К тому же, как я посмотрю, времена шибко поменялись… нету в вас страха перед Богом. Религия как старая кожа слезает с Руси… это радует. Хоть нормально поговорим… относительно нормально, конечно.

— Может и выпьешь с нами? — Женька приглашающее махнул к столу. Законы гостеприимства всегда позволяют сначала поговорить с пришедшим, не таясь, гостем. Вадим уставился на Женьку уничижающим взглядом. Женька и в армии стремился всё разбазарить и поделиться со страждущими. Широкодушный голодранец.

— Чем бог послал — выдал Женька непривычную Вадиму фразу и жестом пригласил гостя к столу. Вадим неодобрительно засопел. По его мнению, мужика этого надо было гнать в три шеи, чтоб не выскакивал как чёрт из (костра!) табакерки и не нёс тут пурги. Но вмешиваться не стал. Раз у них тут «хлеб-да-соль-чем-бог-послал» то может умнее со стороны посмотреть, во что это выльется? Может у них тут так принято выпрыгивать из костров со спецэффектами. Чего со своим уставом в чужой-то монастырь? Рано кипеж поднимать.

Гость откликнулся на предложение весьма необычно.

Захохотал в небо. Гулко. Мощно. Потом кивнул.

— Свои. И без вас никуда… и с вами… — подошёл к столу. Женька и Вадим сидели с одной стороны стола на бревне, а гость… присел напротив через стол от них, на взявшийся из ниоткуда чурбак. Точнее чурбак появился в его (гостя) лапище тогда когда он начал садиться. Из воздуха. Сам по себе, как само собой разумеющееся.

«Ангел… Победоносец… здоровый… Муромец… хули муромцы под Коломной — то забыли?»

— А козельским чё здесь надо? — Михаил, уловив мысль, ответил на неё как на прозвучавшую вслух. Смотрел на Вадима. Тот покраснел как первоклассник, но взгляд не отвёл.

«Какого хера?»

— А такого, Вадим, нельзя жить в своём народе и никому не верить. Пропадёшь. Ты никому не веришь, и тебе веры не будет. Боишься обмана — сам начнёшь обманывать, а со своими так — нельзя.