— Именно так. Не люди находящиеся во власти, но сама Власть. У народов, которые создал Творец, изначально никакой власти не было. Земля была, границы были, язык, особенности… всё было, но Власти не было. Она появилась потом.

Михаил взял стаканчик, дождался пока друзья к нему присоединятся, и произнёс:

— Идут тяжкие времена. И пережить мы их сможем, только если будем держаться друг за друга. Давайте выпьем за то чтобы в любом бою или передряге всегда находился тот, кто прикроет нам спину.

Выпили. Михаил на этот раз закусывать не стал, шумно втянул ноздрями воздух и блаженно улыбнулся.

— А всё-таки замечательная у нас земля. Смотрите…

Закусывающие друзья начали озираться. Тьма ночи отступила. Всё стало каким-то серым, но дальность обзора увеличилась. Михаил указал на реку, и вода стала прозрачной. Женька аж привстал, разглядывая водоросли и рыбу, видимую как в аквариуме с не очень удачной подсветкой.

— Слушайте…

На вытянутую руку Михаила присела откуда-то взявшаяся пичуга и тут же начала щебетать, а затем и вовсе разразилась длинными мелодичными трелями. Соловей.

— Впитывайте…

Друзья переглянулись и опять уставились по сторонам. Вадим увидел, как растёт трава. Остро ощутил то, что она жива и полна соками. Полна своей, не замечаемой им ранее, жизни и устремлений, глубоко чуждых, но наполненных смыслом. Не отдельно взятый цветочек или травинка, а вся вместе. Как коллективный разум…или даже не разум, трава, конечно, была не разумна, но при этом она была неким нечто, элементом участвующим в сложном процессе всеобщего круговорота природы. Тянулась вверх, чтобы стать перегноем и дать жизнь новой поросли. Вот берёзки уже были индивидуальностями. Они излучали едва уловимые волны, настроившись на которые, Вадим чётко уловил их симпатию(!) к Женьке. А вот и сам Женька, прислонившийся щекой к одной из берёз блаженно улыбающийся (видение не из этого вечера уж точно).