В зале собралось около сотни человек. К сцене подошёл Фёдоров и привалившись к ней спиной помахал рукой, требуя тишины.

– Кого видел, ещё раз здравствуйте, кого не видел, тем более здравствуйте! Подсаживайтесь поближе, чтобы не кричать. Нас тут не настолько много, чтобы микрофон включать. Сегодня здесь собралась вся наша команда. Таких групп не одна и не две. Лично я знаю о существовании, по крайней мере, восьми подобных групп, озабоченных сходной проблематикой.

Зал зашумел, но по жесту Николая Дмитриевича быстро притих.

– Силы брошены приличные. Не все товарищи в курсе дела, кроме того в зале технические работники, которые вообще не в теме, поэтому начну с самого начала. Наша группа начала свои исследования на базе Московского Университета ещё в восьмидесятых годах. Чисто умозрительные исследования постепенно становились всё более конкретными, прогностическая линия стала приближаться к 90 – 95 процентам. Нами и нашей методикой заинтересовались. В девяностых годах нам начали выделять некоторые деньги.

Снова шум в зале.

– Знаю, знаю – мизерные, но раньше и их не было. Многие ушли. Их трудно винить – перспективы тогда видно не было. Начиная с 2002 года тематику засекретили и передали под непосредственное управление администрации президента. Для меня не оказалось неожиданным, что научным прогнозированием и моделированием сверхсложных процессов занимались задолго до нас. Правда процент попадания редко превышал 70 – 75%. Используя наши наработки, уже в 2004 году были получены прогнозы развития отдельных стран и систем, оправдывающиеся с вероятностью близкой к 100%. Появилась возможность вариантностного прогнозирования и даже моделирования будущего. Были заблаговременно получены и, я думаю, использованы прогнозы тенденций общемирового развития и действий, как отдельных стран, так и их конгломератов. В том числе совершенно точно спрогнозирован нынешний системный общемировой кризис.