Влад Чопоров

Переменить судьбу

Поздним промозглым осенним вечером на улицах было безлюдно. Лишь пронизывающий ветер, норовящий проскользнуть под одежду и сорвать мясо со скелета, безраздельно хозяйничал в городе, гоняя опавшую листву.

Однако, если бы кто-нибудь выбрался из дома и, проходя мимо самой обычной хрущевки, подивился бы странному неровному свету в окне первого этажа, то, заглянув в это окно, он увидел бы странную картину.

В тесной кухне, собравшись вокруг большого круглого стола, в центре которого бросала алые блики на окружающих тяжелая восковая свеча, собралась весьма разнородная компания. У дверей восседал на табурете лысый толстяк, ежеминутно вытиравший носовым платком свою макушку, но при этом нежелавший снять теплый яркий свитер, выглявший так, будто на нем тренировался в стрельбе из мушкета сам Сальвадор Дали. С другой стороны дверного проема расположилась дама в черном открытом платье. Яркий макияж в красно-бордовых тонах только подчеркивал ее преклонный возраст.

Рядом с ней осторожно сидел мужчина лет тридцати в дорогом элегантном костюме. Он тоже отдал дань красному цвету, надев ярко-бордовый, цвета подсыхающей крови, шейный платок. Hо торчащая из платка бледная голова, вполне подходящая актеру-любовнику, сейчас несла на себе печать большого беспокойства. Этот дорогой мужчина поминутно колебался из стороны в сторону, стараясь одновременно быть подальше от соседки-старухи, стреляющей в него глазами, но при этом и не испачкать свой пиджак о грязную стену кухни. Спиной же к возможному зрителю расположилась женщина, про которую при взгляде из окна можно было только сказать, что у нее черные волосы и весьма экстравагантная шляпка. Hо стоило только увидеть ее заостренное и удлиненное худое лицо, как почти любой более-менее следящий за светской жизнью узнал бы в женщине модную гадалку Жмуру, прославившейся своими мрачными прогнозами.