Веселой милой девушкой, довольно симпатичной, но, упаси Господи, не красавицей, ведь если красавица, у нее уже был бы друг, а какой тогда толк? Если бы каких-то две недели назад мудрая цыганка, посмотрев в хрустальный шар, сказала, что видит, как он сидит в одном кабинете с девушкой, работать с которой ему предстоит неопределенно долго, он завопил бы от радости. Но это потому, что две недели назад самым трудным на свете было придумать, как оказаться в такой ситуации, ведь девушки никогда не бывают одни: они или с подругами, или с какими-нибудь парнями, и, следовательно, так же далеки, как Плеяды или Пояс Ориона. "Только дайте мне шанс, — умолял он небеса, — дайте мне побыть с какой-нибудь девушкой пять минут наедине, и я не промахнусь. Я ведь немногого прошу. Но мне следовало бы заранее знать, — сказал он самому себе, — это как с этой кошмарной работой". Самое худшее наказание — получить желаемое.)

Он поднял взгляд. Худышка смотрела на него искоса, и к ужасу своему Пол понял, что она каким-то образом знает, что у него на уме. "Нечестно! — возопил про себя он, а потом постарался побыстрее прогнать эту мысль, лишь бы девушка ненароком ее не увидела. — "Все равно это не имеет значения", — солгал он самому себе.

Наконец небеса смилостивились, дверь открылась, и вошла маленькая, похожая на мышку женщина в больших очках. В руках у нее была гора зеленых папок.

— Здравствуйте, меня зовут Джулия. — Это ее как будто совсем не радовало. — Я секретарь мистера Уэлса.

Пол подумал, что ему следует встать, но только сказал:

— Здравствуйте.

Худышка не шелохнулась.

— У меня для вас работа, — продолжала Джулия, сваливая папки на стол между ними. — Просмотрите бумаги и рассортируйте их в хронологическом порядке. Спешки особой нет, — печально добавила она, — поэтому не торопитесь, а если что-нибудь не поймете, приходите ко мне.

Она удалилась, не дав Полу шанса хоть что-нибудь сказать, впрочем, и сказать-то ему было нечего. Он поглядел через стол на худую девушку: та уже делила папки на две стопки.