Он все-таки дотелепался до растяжек, и принялся втыкать провода в гнезда, вживленные в его мускулы. Как всегда, сначала это было больно. Только после двадцатой тяги он перестал их чувствовать. Ну, почти.

– Током не сильно?..

– Сильно.

Она посмотрела ему в глаза. Как во время любви, настоящей, а не системной, она была в смятении. Но с другой стороны, на что он ей нужен такой, каким был в реале, – слабый, живой, безвольный? Он же мог быть героем только там. Он этому учился двадцать лет, практически с детства. И он знал, что скорее всего она когда-нибудь станет вдовой. Обеспеченной и более умной, чем была, когда они по-настоящему женились. И тогда уже не выберет себе мужа – геймера. Она будет в состоянии выбрать себе любого нового мужа. Деньги-то, которые он зарабатывает, с ней останутся.

Система была не для тех, кто мало зарабатывает, если профи. А больше всех зарабатывали в сетке почему-то русские, даже индусам с китайцами так не удавалось, у них мозги иначе ворочались, чем нужно. Хотя единолично они дрались, как правило, неплохо, сказывались тактические установки на опережение, но для Системы этого было мало.

– Ген, а может…

– Не валяй дурочку.

После этого, пока он был еще с ней, она воткнула ему в вену иглу. Она не была жестокой, просто она так мстила – чтобы он почувствовал живую боль, или почувствовал ее любовь и привязанность. Но все равно это было неприятно.

Перед тем, как натянуть на голову шлем, он посмотрел на нее.

– У меня дурное предчувствие.

– Ты всегда так говоришь, – она усмехнулась. – А я всегда говорю – не валяй дурочку. Эту мою фразу ты присвоил.

Он искренне удивился.

– Разве?

– Это второй вариант твоего обычного ответа. – Помедлив, она добавила: – Good luck.

– Ho-o-op… – докричал он уже там, в Системе, – so-o-o!