- Так он и сам ее жрет, видимо пользу чувствует...

   Человек перевернулся с боку на спину и густо захрапел. Очевидно, что ни конское ржанье, ни людской смех, ни гвоздиково пофыркиванье ничуть ему не мешали: спал и все тут! Росту он был огромного, в четыре с половиною локтя, как определил на глаз юный, однако уже опытный в таких делах рыцарь, одет очень легко: сапоги, портки, рубаха навыпуск, кацавейка побитого меха поверх рубахи, под голову подстелен треух, на отстегнутом поясе громадная секира. Молодой, но уже весьма жирный - пузо горой.

   ...что? Это ты про Керси? Керси Талои?

   - Ну да. Именно про него. Кстати... Ему-то я не успел сказать, к слову не пришлось, а тебе, между нами, поведаю: он, конечно, шалопай и сопляк, но - рыцарь истинный, из тех, на ком империя держится. Меч у него толковый - и голова под стать.

   - Здорово! Я всегда знал, что он такой! - Лин хлопнул рука об руку и запрыгал задницей по кошме, очень довольный похвалой своему другу.

   - Весь двор только и шепчется, что государь вот-вот назначит твоего дружка - то ли канцлером, сместив старину Бенги в отставку, то ли главою имперского сыска, взамен покойного Когори.

   Лин-Докари помотал головой, в ответ на слова наставника:

   - Это невозможно, ибо должности, тобою названные - из разряда высших имперских, а Керси не женат. А так - никого бы лучше и не надобно! Тем более, что его высокопревосходительство Бенгироми Лаудорбенгель еще при мне, до отъезда, почтительно просил государя об отставке. В деревне пожить хочет, в тиши и покое.

   - Ну, значит, женится ради такого случая, долго ли?

   - Нет. Керси если и женится, то по любви, только по любви.