валунах. Слева громоздились дворцы, и хрупкий свет

рассыпался над гаванью в теплом осеннем воздухе.

"Пересечение Эйнштейна" продвигается странно. Сегодня

вечером, когда я возвращался на большую трапециевидную

Площадь, туман разъел все верхушки флагштоков. Я сидел у

основания ближайшей башни и делал заметки о чаяниях

Чудика. Потом я оставил осыпающиеся золото и синь Базилики

и до поздней ночи бродил по переулкам города. Где-то там я

остановился на мосту, наблюдая, как между тесных стен

причудливых в ночи домов течет вода канальчика, под светом

ночных фонарей и растянутыми бельевыми веревками. Я

вздрогнул от внезапного визга: полдюжины воющих котов

прошмыгнули между моих ног в погоне за бурой крысой. Озноб

пробежал по позвоночнику. Я оглянулся на воду - шесть

цветов роз плыли по воде, медленно продвигаясь через

нефтяную пленку. Я смотрел им вслед, пока прошедший

мотобот не поднял волну, разбивающуюся о берега канала; и

волна накрыла цветы. Я пробрался по маленьким мостикам к

Большому Каналу и поймал речное такси, чтобы вернуться на

Феровию. Когда мы проплывали под черной деревянной аркой

Академии Понти, подул ветер; я пытался связать цветы, тех

"сорвавшихся с цепи" животных с приключением Чудика. Орион

отражался в воде. И береговые огни дрожали в волнах меж

мокрых парапетов Риальто.

Дневник автора. Венеция, октябрь 1965 г.

Вкратце я поведаю, как Мальдерор был добродетелен в

течение первых лет своей жизни, добродетелен и счастлив.

Позже он начал сознавать, что рожден злым. Странный рок!

Исидор Дюкасс "Песни Мальдоро"

Увалень, Маленький Джон и я перестали пасти стадо вместе, когда появилась Челка.