Низами потянулся за халатом. Там, в кармане - маленький никелированный браунинг. Хлыст носком сапога опрокинул стул с халатом на пол. - Это тебе больше не пригодится. - Подошел, больно свел руки за спину, вытолкнул с кровати к дверям: - Пошли! В большой гостиной Низами, голого, усадили на массивный ореховый стул спиной к закрытому жалюзи окну, лицом к камину. Поленья горели ровно и мощно. В камине, чуть с краю, стояла жаровня, где накалялись металлические щипцы, штыри, клещи... Лицо Низами сморщилось, слезы покатились по щекам, он плакал в голос, подвывая тонко, словно попавший в западню шакал... - Ахмед... Ахмед... - Слова сливались в протяжный, полный смертельного страха вой. Ахмед подошел и влепил затрещину громадной пятерней. Вой как обрезало. Один из охранников поглядел на Ахмеда, тот кивнул, охранник подошел к Низами с полным стаканом водки. - Пей! Низами выпил жадно, как воду. Перевел дыхание... А может, его еще не убьют? Может, Ахмед не знает всего и мстит только за то, что он избил мальчишку и позарился на девок? А кто бы не позарился... Но почему Ахмед жив, почему? И Хлыст - они же уехали в первой машине, от нее один остов остался, а от людей - пшик, ничего, даже не трупы обгорелые лохмотья непонятно чего... Непонятно чего?.. - Ахмед, дорогой, что ты собираешься?.. Просто, как только пришло известие о том, что ты попал в засаду... Эти охранники, они хотели... Мне пришлось самому с ними разобраться... А девчонок - у тех могла истерика случиться, ну я и... - Низами умолк на полуслове, сам вдруг поняв, что несет полную ахинею... Страх, ужас, похожий на неотвязный ночной кошмар, овладел его телом, мозгом, - он не мог ни думать, ни говорить. Только предощущение дикой, нечеловеческой боли... В его расширенных зрачках плясали отблески пламени камина - алые язычки в черной глубокой влаге... - Ты знаешь, Низами, я всегда был уверен, что предашь именно ты. Я не знал кому, я не знал когда, но в главном - даже не сомневался. А когда ты начал создавать свой мост из Азии через Москву на Запад, когда начал потихоньку оттеснять старых и ставить своих людей, я понял - скоро.