От неожиданности Егор подскочил на кровати и резко перешёл в сидячее положение. 'Двухстороння!' 'Связь!' Значит, можно поговорить с родными. Или нельзя? Так... Срочно просмотреть список ограничений... Ага! Можно! Можно даже сказать, что находишься на Земле. Нельзя только указывать точные координаты. Если бы их ещё знать... Что там ещё? Список сведений, запрещённых к разглашению... Более-менее стандартный. И два... уже три свежеполученных письма. Одно от родных, одно от Сашки и одно от Якова.

  Так. Зачем читать письмо от отца и матушки, когда можно прямо сейчас пообщаться с ними вживую? Или, может, пока не стоит?...

  'Зеркало!'

  Комм послушно выдал изображение с одной из видеокамер, которыми были густо напичканы стены и мебель комнаты Егора.

  Гм... Видок, надо сказать, ещё тот... На Белецкого взглянул усталый, худющий, какой-то помятый человек в рабочем флотском комбинезоне.... Из плюсов имелось разве что радостное выражение лица, которое, впрочем, быстро сменилось на расстроенное. Всё остальное - один бо-ольшой минус. Нет, в таком виде показываться родным нельзя. Особенно маме. Пообщаться только в аудиорежиме? Без изображения? Ещё хуже. Тут надо или врать, что находишься не на Земле, а у чёрта на куличках, или мама может подумать, что у любимого сына не хватает какой-нибудь части тела, и он не хочет её по этому поводу беспокоить. Отчего расстроится ещё больше.

  Значит - продолжать обмениваться письмами... Но в этом случае всё равно придётся врать, что далеко... Или умалчивать, что одно и то же...

  В общем, так! Умыться, переодеться, привести себя и комнату в порядок, и - видеосвязь! С этими мыслями молодой человек устремился в душевую, по дороге открывая письмо от родителей.