И никого не увидел. Пришлось открыть второй глаз, и, оторвав голову от подушки, повертеть ею по сторонам. С те же результатом. В голове зазвучало: 'Да открой же дверь, наконец!' В голове?!

  Егор дал двери команду открыться, одновременно рывком вскочив с кровати. И тут же упал обратно под весом молниеносно ударившего в грудь тяжёлого пушистого комка.

  - Ну и горазд ты спать! Я тут ору, ору!... - возмущённо заявил Пантелей, сердито скалясь, и уперев лапы с полувыпущенными когтями в грудь напарника.

  - Мог бы и чуть попозже заявиться в выходной день... - пробурчал Егор, пытаясь выбраться из под придавившей его туши.

  - Ты не рад видеть старого друга? - с нарочито расстроенными интонациями в голосе поинтересовался рысь.

  - Рад, конечно... А ты не мог бы с меня слезть, старый друг? - человек оставил попытки освободиться самостоятельно. Аккуратно убрать в сторону довольно упитанного рыся не получалось, а применять боевые приёмы не хотелось.

  - Мог бы... А самому справиться слабо? Совсем форму потерял?

  - Ну смотри... Сам напросился, - с этими словами Белецкий молниеносно ткнул пушистого напарника в бок правой рукой, а левой чуть-чуть подбросил его вверх. Левая рука пришла в движение раньше правой, но коснулась рыся позже. 'Перекос' в преобразовании организма, заложенный ботами Вейтангура, сказывался до сих пор. Но Егор уже приловчился к такому состоянию своего тела.

  Рысь улетел вверх и влево, перекувыркнулся в воздухе, и, приземлившись на все четыре лапы, с места снова сиганул на человека, который, пока Пантелей кувыркался в воздухе, успел вскочить на ноги и принять боевую стойку. И по комнате заметался стремительный вихрь, в котором иногда можно было различить смазанные силуэты человека и зверя.

  Спарринг продолжался около пяти минут. Что на таких скоростях очень много. Остановил поединок тот же, кто его и спровоцировал: Пантелей отпрыгнул в дальний угол, поднялся на задние лапы, и замахал передними: