Женщина достала из кармана странную штуковину из двух плоских стеклянных дисков, вставленных в проволочную рамку. Две загогулины на длинных проволочках она заправила себе за уши, потом опустила штуковину на нос и всмотрелась сквозь нее.
- Нет, он не исчез. Он еще там. Смотри, сразу за забором! Лемми пожал плечами.
- Наблюдай вон за той большой дырой! Наверное, через нее он сюда и попал.
- Ничего я не вижу, - сказал Лемми.
- Смотри сразу за ограждение. Вон перед деревьями.
- Нет там никакого ограждения. И деревьев тоже.
- Господи, что я говорю! - воскликнула старуха. - Извини, я просто не подумала. Деревья ведь за консенсусным полем, верно? Поэтому, разумеется, ты их не видишь.
Лемми снова поднял на нее глаза. При своем безобразии она вела себя, как знаменитая актриса или телеведущая. У кого еще бывает такая уверенность в себе и хорошо поставленный голос?
- А как вышло, что вы их видите? И почему зверь может туда попасть, а я нет?
- Это олень, - мягко сказала старуха. - Олень-самец. Он способен туда пройти, а ты нет, потому что он физическое существо, а ты консенсусное. Ты можешь видеть, слышать и трогать только то, что существует в консенсусном поле.
- Я так и знал, что он просто физический, - бросил Лемми.
- Просто физический?! Ты говоришь это так пренебрежительно, а ведь все мы когда-то были физическими.
Лемми для виду хихикнул, полагая, что это, наверное, какая-то старая шутка знаменитых актеров.
- Ты про это не знал? Разве такому больше не учат в школе?
- Я в школу не хожу, - отозвался Лемми. - Смысла нет.
- Нет смысла ходить в школу?! - воскликнула женщина. - Ну надо же! - Последнее прозвучало то ли смешком, то ли вздохом. - Дело обстоит так, - продолжала она. - В городе друг на друга накладываются два мира: физическая вселенная и консенсусное поле. Любой физический объект, который стоит или движется в пределах реального города, воспроизводится в том городе, который служит фоном для консенсусного поля. Вот почему ты видел оленя в городе, но потерял из виду, когда тот вышел за периметр. Понимаешь, о чем я?