Ведь по-настоящему можно услышать лишь тот голос, который идёт из глубины тебя самого. Сердце моё готово было разорваться от счастья. "Как я смогу жить с этим?!"воскликнул я. Он обвёл вокруг рукой, и увидел я темноту и рассыпанные, как бы затерянные в ней, огоньки, и каждый огонёк был весь свет Вселенной. Я присмотрелся внимательнее, и чем больше я вглядывался, тем яснее мне становилась Фигура, она возникла из первоначального хаоса, становилась всё чётче и различимее, и вскрикнул я, поражённый. Я понял её. "Тьма не может исполниться света этих огней, но не может и погасить его!"- вырвалось у меня, но тут же стало мне стыдно своих слов, так нелепо они звучали, и так мало они вмещали в себя, что казались кощунственными. "Но как же мне жить с этим?!"- простонал я в отчаянии, и услышал голос: "Ты забудешь всё это и вспомнишь лишь тогда, когда рассеется тьма вокруг, и увидишь ты царство великое, и светлым будет это царство, и не будет в нём боли, и увидишь ты все огни в едином огне и свет, сияющий для тебя и мира." Голос смолк, и упал занавес, и исчезло всё перед глазами моими.

- И ты забыл? Всё забыл? - Да, я забыл, но разве я виноват в чём-то? - Но вы рассказываете всё это... - Вы просили рассказать, как мне удалось спастись. Я рассказал вам всё, что помню. - И всё-таки, согласитесь, что это странно. Вы помните все обстоятельства, но не помните главного, обычно бывает наоборот. - Позвольте, позвольте, тут я с вами не совсем согласен. Ведь что называть главным, а что менее главным? - Ах, если бы вы могли понять! Ведь то, что я рассказал вам, едва ли одна миллионная того, что я видел! О, если бы я мог вспомнить всё. Но сколько я ни стараюсь, всё напрасно, я различаю лишь смутные очертания, и за этими очертаниями, я знаю, миллиарды других, и нет им числа, и никогда не вспомнить мне всего. - Это похоже на вопрос, сколько на прямой точек. - Ты точно знаешь, что это было здесь? На этом самом месте? - она растерянно оглядывается по сторонам.