- Это уж слишком; я пойду с тобою, и мы посоветуемся с тетушкой Эмилией.

Случилось, что тетушка была одна в лавке, когда мы пришли, и после рассказа о том, что со мною случилось, она сказала капитану Бриджмену, что бабушка отдала меня в школу за шалости, угрожая, что если меня оттуда возьмут, она уедет из Чатама и возьмет ее с собою. Матушка не могла оставаться без помощницы и боялась обидеть бабушку, которая, верно, сдержала бы свое слово но тетушка хотела убедить ее взять меня из школы, несмотря на угрозы старушки.

- Вы никогда не должны оставлять нас, мисс Эмидия - отвечал капитан Бриджмен, - все наденут по вас глубокий траур.

- Я не хочу, чтобы меня взяли из школы, - прервал я, - а не выйду оттуда, пока не отомщу за себя. Вот, что я хочу сделать и сделаю, хоть он изрубит меня в куски. Он ест мои сандвичи и говорит, что завтра опять накажет меня, если в них не будет более горчицы. Мы положим ему горчицы вдоволь, но и еще чего-нибудь. Чего можно положить туда, чтобы почти уморить его?

- Прекрасная мысль, Персиваль, - сказал капитан Бриджмен, - я спрошу у доктора, сколько каломелю можно ему дать.

- Да, это будет хорошо, - сказала тетушка, - я постараюсь положить более горчицы, чтобы он не заметил.

- Я пойду в казармы и сейчас возвращусь, - сказал капитан Бриджмен.

- А я приготовлюсь к розгам, - сказал я смеясь.

Капитан Бриджмен скоро возвратился и принес сорок гран каломелю, которые отдал в руки тетушке Милли.

- Здесь столько, - сказал он, - сколько можно дать самому здоровому человеку, не подвергая его опасности; мы посмотрим, что с ним будет, и если он не исправится, то я сам пойду в школу и разделаюсь с ним.