Мышатник щелкнул пальцами и из темной ниши за его спиной вышел Семен Какашкин собственной персоной. Он протянул вперед руку, заметно дрожащую, и на Перстне полыхнул скрытый в камне осколок молнии.
- Поверни Перстень вокруг пальца! - приказал Мышатник. Но не успел он закончить, как кончик шпаги уткнулся в горло Какашкину.
Крысино-мышиное войско сделало было движение вперед, но Всадник швырнул в них плащ, и на мгновение они замерли, растерявшись от неожиданности.
- Не сметь приближаться ко мне! - гневно крикнул Всадник.
Он придвинул к себе ногой скамейку, сел на нее, не спуская с серой массы, готовой к броску, глаз, и не выпуская из руки шпаги.
- Даже не думай! - пригрозил он Какашкину, не глядя на него, - только ты пошевельнешься, твоя мелкая и подлая душонка вылетит через дырочку в твоей глотке так быстро, что ты даже не успеешь помахать ей рукой. А вы, серые твари, вы что, забыли?! Забыли, что я не из тех, кто только следует Закону, но и из тех, кто устанавливает Законы? Я знаю, что вы обожаете всяческие истории, я готов рассказать их вам. А Закон гласит: рассказчик неприкосновенен. Правда, за истории полагается платить, но это мы обсудим позже. Есть еще один вариант: ты, человек, сам, заметь - САМ, безо всякого принуждения, отдаешь мне Перстень и вы все, даже этот мерзкий Мышатник, остаетесь живы. Итак?
- Не отдавай Перстень! - заметив испуг и колебания Какашкина, прошипел Мышатник. - В твоей маленькой, серой, скучной жизни никогда больше не будет такого шанса! Не бойся и терпи.