— Да ну тебя! — смутившись, отмахнулась от него богиня. — Вечно ты скажешь какую-нибудь гадость!

— И какую такую гадость? Мне просто интересно, ради чего он так распинается.

Они разговаривали между собой, не стесняясь в выражениях, так, словно вместо Визара было пустое место.

— Ну, а деньги ты ему хотя бы обещала?

— Умоляю, не своди всё к золоту!

— А к чему ещё? Люди корыстны.

— Не только люди, — возразила Натали.

— Деньги любят те, в чьих жилах течёт хотя бы капелька смертной крови. Все остальные знают, что это всего лишь блестящие кружочки из металла.

— Я тоже это знаю и полностью согласна с тем, что в мире есть много вещей важнее и дороже денег, но, может быть, мы уже отпустим Визара? Мальчику тут плохо и неуютно.

— Отпускай, я его не держу, — пожал плечами Мериад, окончательно потеряв интерес к смиренно потупившему взор в ожидании решения своей участи смертному. — Натали, хватит ходить вокруг да около! Что тебе нужно?

— Одну вещичку.

— Какую вещичку?

— Твой перстень.

— Какой плетень? — насторожился бог.

— Тот самый. Я не хочу называть его при Визаре. Тот, что у тебя на правой руке.

— А больше тебе ничего не нужно? — саркастически поинтересовался он. — Может, отдать ему и Книгу судеб в придачу?

— Перестань, ты же знаешь, что я никогда…

— Ты в своём уме, Натали, — отдать такое смертному! — не выдержав, взорвался Мериад. — Тебе стоило сто раз подумать перед тем, как даже заикнуться об этом. Мало того, что ты притащила сюда этого человека, сюда, где ему делать абсолютно нечего, заставила меня выслушать его полоумную просьбу, так еще и требуешь от меня отдать ему перстень! Поверь, я был о тебе лучшего мнения.