— Гр-р-р-р…- Черный пес сорвался с места и ринулся под скамью. Сначала оттуда, к вящему неудовольствию Куршана, раздавалось грозное рычание, потом послышался короткий взвизг, а за ним протяжный стон — Мухруз упустил мышь, которая перед тем, как скрыться в густой траве, укусила его за нос.
— Ты не слушаешь меня, дорогой,- брюзгливо произнес разбойник.- Зачем тебе эта вонючая мышь? Возьми вон кусочек барашка или ветчины, коль тебя так мучает голод, и развесь уши — я продолжаю. Мухруз, преданно уставившись на хозяина, покорно уселся у его ног и развесил уши. Но маленькие красные глазки его то и дело косили в ту сторону, куда побежала мышь,- такова уж была его собачья природа, и он ничего с нею поделать не мог.
— Ты не ходил нынче к клети с петухами? — вопросил друга Куршан.
Черный пес помотал огромной башкой.
— А зря. Надо бы проверить, как там наш пленник. Не начал ли еще кукарекать…
И разбойник, весьма довольный своей шуткой, зашелся в тонком противном смехе. Мухруз вторил ему, старательно визжа во всю глотку. Вдвоем они подняли такой шум, что слуги повыскакивали из дому в ужасе, решив, что хозяина медленно режут. За годы, проведенные в атом доме, они так и не смогли привыкнуть к таким гнусным звукам.
— Хо,- сказал Куршан, когда приступ веселья миновал,- опять я пошутил, и, как всегда, удачно. Так что ж наш пленник, а? Сходи-ка, дорогой, погляди на него.
Пес неохотно поднял с земли толстый зад и вразвалку двинулся по тропе, что исчезала в узкой темной арке и потом, выползая на свет, вела к клетям. С гораздо большим удовольствием он погонялся бы за мышкой, но — хозяин не терпел, когда его приказы не выполнялись тотчас, а ссориться с ним не решался даже его любимый друг.
— Р-р-р! — сказал Мухруз, подойдя к сетке.
Ворох соломы у стены зашевелился, вызвав негодование петухов, кои до того бродили бесцельно по своему царству.