Кто из моих земляков не учился любовной науке,

Тот мою книгу прочти и, научась, полюби.

Знанье ведет корабли, направляя и весла и парус,

Знанье правит коней, знанью покорен Амур.

5 Автомедонт

Тифий стоял у руля на гемонийской корме, —

Я же Венерой самой поставлен над нежным Амуром,

Я при Амуре моем — Тифий и Автомедонт.

Дик младенец Амур, и нрав у него непокладист,

10  Все же младенец — и он, ждущий умелой руки.

Звоном лирной струны сын Филиры

 Дикий нрав укротив мирным искусством своим:

Тот, кто был страшен врагу, кто был страшен порою и другу,

Сам, страшась, предстоял перед седым стариком;

15  Тот, чья мощная длань сулила для Гектора гибель,

Сам ее подставлял под наказующий жезл.

Словно Хирону — Пелид, Амур доверен поэту:

Так же богиней рожден, так же душою строптив.

Что ж, ведь и пахотный бык ярмо принимает на шею,

20 И благородный скакун зубом грызет удила, —

Так и Амур покоряется мне, хоть и жгут мое сердце

Стрелы, с его тетивы прямо летящие в грудь.

Пусть! Чем острее стрела, чем пламенней жгучая рана,

Тем за стрелу и огонь будет обдуманней месть.

25 Лгать не хочу и не буду: наука моя не от Феба,

Не возвещает ее грающий птичий полет,

Не выходили ко мне, пастуху Аскрейской долины,

Клио и восемь сестер

Опыт меня научил — внемлите же опытной песне!

30 Истина — вот мой предмет; благослови нас, Любовь!

Прочь от этих стихов, целомудренно-узкие ленты