Демоны, как же он был прав! Стоило Ристане стать регентшей и отодвинуть Кея от государственных дел, братец впал в тоску и оказался легкой добычей для придворных проходимцев. Всего два месяца, как Кей коронован, и как же он изменился! Не привык, что с ним не считаются. Три с половиной года отец носился с ним, как курица с яйцом, и Ристана притихла, затаилась, сделала вид, что смирилась... и на следующий же день после смерти Мардука показала себя во всей красе.

А и ширхаб с ней. Всего два года продержаться, не дать Кею совсем сдуться. Разогнать в Ургаш этих оболтусов, прикончить оставшихся двоих заводил. Ха, Рональд им безопасность обещал! Держи карман шире! Я что, дура совсем, сама их трогать? Две сотни золотых, и гроб с музыкой. И занять Кея делом. Придумать бы, каким именно... Ладно, Урман подскажет. Бедняжка Таис, хорошо хоть, не видит, с кем и как её жених развлекается. Милостивые боги, пусть она ещё месяц-другой проведет на любимом море! Пожалуйста!

Невеселые мысли одолевали Шу. Трудновато держать хвост морковкой, когда поутру приходится выгонять из покоев брата пренеприятнейшего типа невнятной ориентации, читающего Его Величеству пошлые любовные вирши и нежно поглаживающего ручку. При виде сей интимной картины Шу неудержимо захотелось плеваться: "И Кей хорош! Смотрит мимо, в глазах печаль, грусть и томление! Никто, видите ли, его не любит, не ценит, так хоть стихи посвящают... А в постели с этим хлыщом оказаться ненароком как, не боится? Всего то и дел, что подпоить немножко Его Величество, и кто докажет, что глупый мальчишка ничего такого и не подозревал даже? Вон, сколько народу видело, как они любезничали! И стишки читали! И не видать Кею своей Большой Королевской Печати на совершеннолетие. Уж Ристана раздует скандал до небес. И слабовольный король, и ориентация подозрительная, и делами государственными не интересуется, и влиянию пагубному поддается, и ширхаб знает, что ещё. И ещё лет на пять регентство продлит, вроде как дать возможность мальчику повзрослеть и одуматься. Ненавижу!"