Прохладная, ласковая Тень укрывала его от чужих глаз. Он сам был сейчас частью Тени, вечной и безмятежной. Безмолвным призраком, приносящим покой и умиротворение.
Размытым силуэтом он проскользнул в незапертую дверь черного хода. Не потревожил даже пламя редких свечей по пути наверх, в комнаты для почетных гостей. Мимо полусонных стражей в начале коридора прошел, едва не коснувшись синих мундиров. Прислушался настороженно к звукам из-за дверей. Ничего подозрительного - только сонное дыхание, да стрекот цикад за раскрытыми окнами. Миновал несколько дверей, перешагнув через положенные поперек прохода церемониальные алебарды и ноги ещё одной пары гвардейцев, усевшихся на полу у комнаты высокого гостя.
Один из гвардейцев поднял голову и обвел неожиданно цепким взглядом помещение. Просто качнулось пламя свечи? Или показалось? Смутное колебание воздуха почти перед самым носом не привлекло внимания охранника.
Открыть дверь в оберегаемые гвардейцами в синих мундирах комнаты он бы не решился, да и не требовалось. Его цель дальше. За углом, первая дверь. Перед ней пусто. Да и зачем ставить охрану здесь?
Тяжелая деревянная створка бесшумно отворилась под нажимом затянутой в перчатку руки. Легкий ветерок колыхал занавеси на окнах, за полуоткрытым пологом кровати в блеклом лунном свете угадывалась неподвижная фигура.
Он приблизился, улавливая ровное дыхание глубоко спящего человека. Амулет на груди слегка нагрелся, помогая пройти небрежно установленную защиту. Совершенно слившись с Тенью, он склонился над укрытой простыней девочкой. Черные волосы разметались по подушке, бледные губы расслаблены и слегка приоткрыты... она. Без сомнения, она. Спит.
Тень внутри него зашевелилась в предвкушении, вызывая почти чувственное удовольствие. Нож с темным матовым лезвием будто сам скользнул в руку и устремился к открытому горлу.
Так просто? - едва эта мысль промелькнула в сознании, как его охватил ужас. Чистый, глубокий ужас. Мир вокруг замер. Тень ускользнула, лишив его защиты. Словно в насмешку, амулет на груди обжег льдом и с дребезжанием рассыпался.