— Пора тебе пойти со мной, Счастливчик. Пора тебе выслушать, что я скажу.

У меня в голове не было ни одной связной мысли. Стук сердца отдавался в ушах, а пальцем я легонько касался пластикового колпачка на игле шприца.

«Да-да, покончи со всеми их противоречиями, ловушками, обманами и безграничными возможностями использовать тебя. Победи их. Действуй немедленно».

— Действовать немедленно? — прошептал я.

Эти слова отделились от темы гнева, которая прокручивалась у меня в голове. Почему я вдруг подумал: «Действуй немедленно»?

— Это не ты подумал, — сказал незнакомец. — Неужели ты не видишь, что он изо всех сил пытается превзойти нас обоих? Оставь шприц в покое.

Он казался юным, взволнованным и невыразимо обаятельным, когда смотрел на меня, хотя в нем вовсе не было ничего юношеского. Солнечный свет красиво обтекал его, и все рядом с ним само собой становилось притягательным. Только сейчас я отметил, словно в бреду, что он одет в простой серый костюм с очень красивым голубым шелковым галстуком.

Ничего примечательного в этом не было, но его руки и лицо были примечательны. Выражение лица доброжелательное и прощающее.

Прощающее.

С чего бы кому-то, кто бы он ни был, смотреть на меня так? У меня было ощущение, что он меня знает, и даже лучше, чем я знаю сам себя. Казалось, он знает обо мне все, и внезапно меня пронзила мысль: он уже трижды назвал меня по имени.

Наверняка дело в том, что его прислал Хороший Парень. Наверняка дело в том, что меня вычеркнули из списка. Это моя последняя работа для Хорошего Парня, и передо мной стоит лучший убийца, который покончит с прежним, не в меру скрытным наемником.

«Так одурачь их и сделай это прямо сейчас».

— Я знаю тебя, — подтвердил незнакомец. — Я знаю тебя всю твою жизнь. И я не от Хорошего Парня. — При этих словах он негромко рассмеялся. — Не от того Хорошего Парня, к которому ты питаешь такое почтение, Счастливчик. Я от другого, и он, по-моему, действительно Хороший Парень.