— У меня есть душа — в это я должен поверить? — спросил я.

— Конечно, есть. У тебя есть бессмертная душа. Ты сам это знаешь. Тебе двадцать восемь лет, это немного по любым меркам, и ты ощущаешь себя бессмертным со всеми своими черными мыслями и желанием покончить с жизнью. Но ты не понимаешь, что бессмертная часть тебя и есть твоя истинная часть, а остальное отпадет в свое время.

— Я знаю это, — шепотом ответил я. — Я это знаю.

Мне не хотелось показаться нетерпеливым, но я говорил правду, а еще я был изумлен.

Я развернулся, не до конца сознавая, что делаю, и вошел в гостиную своего небольшого дома. Снова оглядел полки, заставленные книгами. Взглянул на письменный стол, за которым часто читал. Посмотрел на раскрытую книгу, прислоненную к зеленому пресс-папье. Что-то туманное, что-то теологическое — и меня в полной мере поразила ирония происходящего.

— О да, ты прекрасно подготовился, — произнес он у меня за спиной.

Складывалось впечатление, что мы с ним вообще не отходим друг от друга.

— Предполагается, что я поверю теперь, будто Хороший Парень — это ты? — спросил я.

Он улыбнулся моим словам, я заметил краем глаза.

— Хороший Парень, — повторил он негромко. — Нет. Я не Хороший Парень. Я Малхия, серафим, как уже сказано, и я пришел, чтобы дать тебе шанс. Это ответ на твои молитвы, Счастливчик, но если ты не в силах такое принять, давай скажем, что это ответ на самые смелые твои мечты.

— Какие мечты?

— Все эти годы ты молился, чтобы Хороший Парень оказался из Интерпола. Чтобы он работал в ФБР. Чтобы он играл на правильной стороне и все, что ты делал по его приказу, было ради добра. Вот о чем ты все время мечтал.

— Не имеет значения, ты сам знаешь. Я убивал. Я сделал из этого игру.

— Я знаю, что ты сделал, однако ты все равно мечтал. Пойдем со мной, и никаких сомнений не останется, Счастливчик. Ты будешь на стороне ангелов, вместе со мной.