- Чем сильнее магия, тем она более стойкая, - ответил Кантаб, потом вопросительно посмотрел на Хенчека.

- Ага, - подтвердил Хенчек. - Магия и волшба, они едины, и разворачиваются назад, - он помолчал. - Тянутся из прошлого, ты понимаешь.

- Эта дверь открывалась во многим местах и во многих временах в мире, откуда пришли мои друзья, - Роланд помолчал. - Я хочу, чтобы она открылась вновь, точно так же, как два последних раза. Самых последних. Такое возможно?

Они ждали, пока Хенчек и Кантаб обдумывали вопрос. Мэнни много и часто путешествовали во времени и пространстве. Если кто-нибудь знал, если кто-нибудь мог сделать то, чего хотел Роланд, чего хотели они все, обращаться следовало именно к мэнни. Кантаб наклонился к старику, дину клана Кэлла Красной тропы. Что-то прошептал. Хенчек выслушал с каменным лицом, узловатой старческой рукой повернул голову Кантаба, прошептал в ответ. Эдди заерзал, и Роланд почувствовал, что тот сейчас сорвется, может, даже начнет кричать. Положил руку ему на плечо, и Эдди затих. По крайней мере, на время.

Мэнни шептались минут пять, остальные ждали. Доносящийся из города праздничный шум все сильнее донимал Роланда, и он мог представить себе, каково сейчас Эдди.

Наконец, Хенчек похлопал Кантаба по щеке и повернулся к Роланду.

- Мы думаем, такое возможно.

- Слава Богу, - пробормотал Эдди. Добавил, уже громче. - Слава Богу! Так пошли туда. Мы можем встретиться на Восточной дороге...

Оба бородача покачали головами, на лице Хенчека отразилось сожаление, Кантаба - прямо таки ужас.

- Мы не будем подниматься к Пещере голосов в темноте, - ответил Хенчек.

- Мы должны! - вскричал Эдди. - Вы не понимаете! Речь не о том, сколь долго продержится или не продержится магия, речь о времени на той стороне! Там оно бежит быстрее, а как только оно уйдет, будет поздно! Господи, Сюзанна. Возможно, рожает прямо сейчас, и, если это какой-нибудь людоед...